Чем слышат птицы. Где у птиц уши

). Между тем, физические возможности слухового аппарата птиц не так уж и велики – они не превосходят таковые у многих млекопитающих, и конечно, не достигают уровня таких известных слухачей животного мира, которыми являются некоторые насекомые, летучие мыши и дельфины. Правда, последние открытия в этой области, например, открытие ультразвуков в голосе птиц, говорят о том, что природа может ещё и здесь преподнести сюрпризы, вроде того, что мы обнаружим, что большую часть песен птиц вообще не воспринимается нами, так как верхний порог слухового восприятия человека не более 18-20 тысяч Гц. Но, тем не менее, слишком больших открытий в наших представлениях о слухе птиц ожидать трудно. Хотя, много интересного об особенностях слуха птиц может рассказать вам наша публикация…

Факторы влияющие на формирование слуха у птиц

Слух птиц обладает рядом совершенно уникальных черт, которые в других классах животных представляют скорее исключение, чем правило. Речь идёт, прежде всего, о способности анализировать сложные комплексы звуков, и анализировать их настолько тонко, чтобы в дальнейшем воспроизводить их без значительных искажений.

Если способность к имитации сложных звуковых ансамблей является надежным показателем развития слуха, то птицы обладают ею в полной мере.

Давно известно, что некоторые виды попугаев могут имитировать с большей степенью точности до 300 и более человеческих слов, причем воспроизведение каждого из этих слов строго соответствует определенной ситуации – появлению хозяина, кошки и т.п. Заученные слова, следовательно, приобретают для попугая сигнальное значение.

Хотя, наши обычные птицы по объему акустической памяти и тонкости звукового анализа несколько уступают попугаям, их имитационные способности также поражают. В песнях камышевок, скворцов, жаворонков, пеночек пересмешников можно услышать десятки чужих звуков – пиньканье зяблика, треск рябинника, отдельные строфы из песен соловья, позывы трясогузки, и т. д – целый звуковой винегрет, беспорядочно собранный из окружающей звуковой среды.

Американские дрозды пересмешники ещё более способные иммитаторы, передающие не только общий рисунок песни других птиц, но и тончайшие оттенки индивидуальных вариаций.

Кстати, особенно часто имитация встречается у тропических видов птиц.

Уникальные способности птиц

О большом научном значении имитационных способностей птиц писал в своё время в Диалектике Природы Ф. Энгельс. В 30- х годах прошлого столетия явлением имитаторства птиц и другими особыми явлениями заинтересовались и другие ученые. Тщательные исследования, выполненные с применением специальной физической аппаратуры и новых методик, позволили выявить ряд новых факторов.

Способность к имитации у птиц

Прежде всего, выяснилось, что способностями к имитации обладают почти все птицы, только у одних она сохраняется на всю жизнь, а у других – ограничивается первыми месяцами жизни.

Так, молодых птиц выращивали в условиях полной звуковой изоляции в специальных камерах, заглушающих проникающие извне звуки. После того, как птицы вырастали, их песню и голос исследовали с применением биоакустических методик. В других опытах молодых птиц выращивали группами, вместе с особями того же вида или разных видов, в третьих сериях опытов – вместе со старыми, уже хорошо поющими птицами.

Оказалось, что наследственными являются некоторые позывы и очень небольшая часть песен, тогда как все остальное, богатое разнообразными звуками, пение, приобретается в процессе индивидуальной жизни. Молодая птица жадно впитывает звуки из окружающей среды, при этом естественно отдает предпочтение звукам, которые издают её партнеры по виду – их легче воспроизводить, они для неё специфичны. Однако, птицами хорошо усваиваются и чужие звуки, голоса других птиц и млекопитающих, а также, нередко и совершенно посторонние шумы.

Географическая изменчивость голоса птиц

Окружающая птицу звуковая среда формирует голос молодой птицы, и влияет на него . Но, звуковая среда во многом специфична для каждой природной зоны, каждого ландшафта, специфична постольку, поскольку животные, создающие эту звуковую среду – также разные. Эти различия звуковых сред приводят к различиям в голосах птиц, населяющих их. Факт географической изменчивости голоса в настоящее время достаточно хорошо изучен и подкреплен множеством примеров. Имеются различия в голосах фазанов из разных территорий. Известно, что зяблики из Подмосковья, Башкирии, Средней Европы и Греции поют совершенно по-разному. Любители соловьиного пения также хорошо знают о том, что в одних местностях соловьи поют получше, а в других – хуже. Достаточно будет вспомнить славящихся своим пением курских соловьев.

В некоторых случаях географические различия бывают связаны с видовой изоляцией. Близкие виды на границах своих ареалов, там, где встречаются особи обоих видов, имеют резко различное пение, тогда как в других частях ареала особи могут иметь и сходное пение. Так, в Средней и в Южной Европе пеночки теньовка и весничка резко отличаются по голосу в общих для обоих видов частях ареала. В остальной же части ареала голоса их могут быть и более похожими.

Локальные диалекты у птиц

К сходной категории явлений относится и открытое в начале нашего столетия явление локальных диалектов птиц . Нередко птицы из двух соседних участков леса поют по-разному, хотя единственная преграда между ними – железнодорожное полотно, которое может легко пересекаться ими в обоих направлениях.

Дрозды из большого городского парка также имеют свой диалект и свои особенности пения. При этом, важно, что диалекты непостоянны, они меняются и могут то исчезать, то возникать вновь. Во всех этих случаях кроется большой функциональный смысл – звук используется птицами для опознавания особей внутри вида, популяции и так далее, так как голос каждой особи имеет свои индивидуальные особенности. Физиологический механизм этих явлений также общий, в его основе лежат способности птиц к имитации и значительный ненаследственный компонент в их голосе.

Однако, естественно, что сложная система индивидуальной, популяционной и географической изменчивости голоса птиц, играющая огромную роль в их жизни, прежде всего, как одно из средств поддержания определенной видовой структуры, могла возникнуть и развиться только при условии высокоразвитых звукоанализирующих способностей слуха.

Способности птиц к анализу звуков

Наконец, важной чертой биологии птиц, также требующей высокоразвитого слуха, способности анализировать сложные ансамбли звуков, улавливать содержащуюся в них информацию, явилось развитое звуковое общение птиц и их язык. Птицы очень широко пользуются звуками для передачи самой различной биологической информации – при появлении врага, поисках добычи, при миграционном поведении (подробнее о ), при воспитании птенцов. Практически все существенные моменты в их жизни сопровождаются определенными голосовыми реакциями. И, у каждой птицы, даже самой молчаливой, насчитывающей сотни позывов, подчас отличающихся слабыми, трудно уловимыми нашим ухом особенностями, даже в этих позывах содержится основная информация, основной смысл сигнала и птичий слух её улавливает и воспринимает.

Функциональные системы и структуры звука у птиц

Всё сказанное – лишь проявление биологической специфики слуха птиц, но каковы его особенности, как функциональной системы, каковы структуры, обеспечивающие его работу?

Диапазон частот, воспринимаемых птицами, составляет 40-29000 Гц. У насекомых верхняя граница слуха доходит до 250000 Гц, у летучих мышей – до 200000 Гц, у дельфинов до 150000 Гц, у грызунов – до 60000 Гц, у хищников – до 60000 Гц…

Однако, способности птиц различных групп в этом отношении далеко неравнозначны. Здесь, прежде всего, следует исходить из тех задач, которые предъявляет к слуху экология вида.

Звуковой порог восприятия у птиц

У большинства птиц слух обслуживает сложное звуковое общение и поэтому, развит в наибольшей степени. У воробьиных птиц, к примеру, верхний порог восприятия достигает 18000-29000 Гц (у клеста – 20000Гц, у домового воробья – 18000, у зарянки – 21000, у зеленушки – 20000, у снегиря – 210000, у зяблика – 29000 Гц). Многие виды ориентируются в пространстве главным образом с помощью слуха, так как зрение из-за ограниченной видимости, играет менее важную роль, причем слух нередко обеспечивает точный поиск добычи и бросок на неё. Так, к примеру, совы, которые добывают мышевидных грызунов в сумерках и в ночное время, имеют достаточно широкий диапазон воспринимаемых частот (у ушастой совы –это 180000 Гц, у серой неясыти – 210000 Гц) и зону наибольшей чувствительности слуха, совпадающую по частоте с писком грызунов.

Хорошим слухом обладают козодои – некоторые из них способны к эхолокации, ночные голенастые, ночные кулики и так далее. , к примеру, обладает огромными по сравнению с другими куликами ушными отверстиями, свидетельствующими о высоком развитии слуха. У водных птиц, в жизни которых слух играет меньшую роль – у них мало врагов и им не нужно ловить добычу, ориентируясь на звуки, которые она издаёт, он, как правило, развит слабо. У кряквы, к примеру, его верхний порог едва достигает 8000 Гц. Хорошо развитым слухом обладают лесные куриные, в особенности рябчики, а также, такие обитатели полей, как перепел. В обоих случаях густой переплет стеблей и ветвей деревьев затрудняет зрение и ухудшает видимость, а слух оказывается весьма важным средством ориентации в пространстве.

Эхолокация у птиц

Однако, более узкий по сравнению с млекопитающими, частотный спектр слуха птиц не является препятствием к развитию некоторых важных его сторон, к примеру, эхолокации . Известно, что эхолокационные способности млекопитающих очень велики. Летучие мыши, летая над водой, испускают такие звуковые импульсы, которые отражаются от тела рыбы, что неосторожно приблизившаяся к поверхности рыба точно лоцируется и вылавливается зверьком. При этом, отраженный звук теряет до 99% своей интенсивности. Другие летучие мыши с помощью своих эхолотов получают картинное отображение окружающей среды. А, дельфины с помощью отраженных звуков, ловят рыбу.

В отличие от млекопитающих, эхолокация которых связана с ультразвуками, птицы используют слышимый звук и добиваются таких же результатов. Обитающий в глубоких пещерах южноамериканский гуахаро использует звуки частотой до 7300 Гц и продолжительностью 1 мсек. Эхолоты имеются и у других видов птиц. К примеру, у южно-азиатских стрижей – их ещё называют салангами.

Не менее важным, с биологической точки зрения, качеством является точное пространственное определение звука. Даже курица, с её низкими слуховыми возможностями, различает источники звука, расположенные на расстоянии в 1,5 градуса.

Сову сипуху с удаленными глазами выпускают в темную комнату, где бегают мыши. И, сова, используя исключительный слух, безошибочно лоцирует бегающих мышей и ловит их.

Скорость обработки звуковой информации птицами

Исследователей поражает в слухе птиц высокая скорость обработки звуковой информации – другими словами, птицы способны мгновенно оценивать биологическое значение звука. Это отчетливо проявляется в следующем примере.

Среди африканских славок и сорокопутов встречаются виды с дуэтным пением, когда поют обе птицы из пары, хотя обычно поёт только самец. Каждый дуэт имеет своё специфическое отличие, и птица отвечает на песню только своего партнёра. Интервал между началом ответной песни, естественно равен времени, необходимому для оценки услышанного звука. И, у птиц он составляет всего 125 мсек, тогда как у человека – 160-200 мсек.

Быстрота звукового анализа у птиц имеет большое биологическое значение, дополняя, а в ряде случаев — дублируя и заменяя зрение. Последнее, как средство ориентации, имеет ряд недостатков – ограниченная видимость в сумерках и ночью, в зарослях трав и кустарников, в густых ветвях. Звук в этом отношении более универсален – он огибает препятствия, легко проникает через заросли, и т. д. От птицы только требуется возможно быстрая оценка того значения, которое этот звук несет, оценка его биологической информации. Именно такие свойства слуха птиц, как высокая реактивность, точная пространственная локация и тонкий биологический анализ звука, являются важнейшими точками приложения отбора для этой группы.

Все эти качества, которые делают слух птицы весьма совершенным и надежным средством ориентации в пространстве, обеспечиваются довольно простыми структурами. При этом подчас используются такие чисто птичьи возможности, как например, оперение.

Они соперничают с котиками по силе народной любви в социальных сетях. Но давно ли сов стали воспринимать как забавных пушистых обаяшек? Редкая птица вызывала в истории настолько противоречивые чувства. Их либо боялись, считая посланцами смерти, либо видели в них символ мудрости и мифических райских созданий

Из-за странной «нептичьей» внешности, таинственного образа жизни, жутковатого голоса древние египтяне считали сову символом смерти, мрака, зла. У армян и славян сова отождествлялась с дьяволом, в Библии она упоминается как нечистая птица. Совы и филины в легендах и сказках большинства европейских народов были спутниками колдунов и ведьм наряду с летучими мышами и черными кошками. По преданию, в 216 году до н. э. поражение римлян при Каннах было «накликано» совами.

Но при этом в античной Греции сова символизировала мудрость, была посвящена богине мудрости Афине (отсюда научное название домового сыча - Athene noctua - «ночная Афина») и в этой симпатичной ипостаси перекочевала в современную европейскую культуру.

ЗООСПРАВКА
Совы
Strigidae

Класс - птицы
Отряд - совообразные
Семейство - настоящие совы

Ночные хищники. Они появились на Земле около 60 миллионов лет назад. Расселены по всей планете и живут в любых климатических условиях, от лесов и степей до песчаных и ледовых пустынь, от низменностей до гор. Современный состав отряда совообразных - 2 семейства, до 30 родов и примерно 210 видов. В силу скрытного образа жизни совы до сих пор изучены недостаточно. Почти ежегодно обнаруживают новые виды мелких сов, преимущественно во влажных горных лесах тропической Америки. Судя по некоторым особенностям мозга, совы не должны сильно уступать сообразительностью признанным «интеллектуалам» птичьего мира - попугаям и врановым.

На Руси отношение к совам тоже было неоднозначным. Крестьяне верили, что крик сыча приносит беду, что если сова залетит в избу и не сможет вылететь, то это к худу, а если врезалась в окно, то к смерти. Поэтому сов считали вредными птицами и при случае уничтожали. С другой стороны, в русском фольклоре совы часто ассоциировались с мифологическими райскими птицами с человеческой головой - сирином и алконостом.
Необычный облик совы, из-за которой ее воспринимали то с суеверным ужасом, то с почтением, - это визитная карточка грозного хищника. Сильные лапы с острыми когтями и короткий, загнутый крючком клюв есть не только у сов, но и у других пернатых хищников: орлов, ястребов, соколов. Особенность же сов в том, что в результате эволюции они стали ночными охотниками. Предки этих пернатых выработали специфический стиль охоты, главным преимуществом которого было скрытное подкарауливание и внезапное нападение на жертву в темноте, а для этого этим птицам пришлось развить превосходное ночное зрение, острейший слух и способность к бесшумному полету.

Глаз как у орла. Почти

Для определения расстояния до добычи и точной фокусировки на ней сове необходимо объемное бинокулярное зрение. Поэтому глаза у нее мало того что крупные (как у многих ночных животных), так они еще и не посажены по сторонам головы, как у абсолютного большинства птиц, а направлены вперед, практически на человеческий манер. Поле бинокулярного зрения (то, что птица видит одновременно обоими глазами) сов составляет 60–70° - рекорд среди птиц! Но такое положение глаз сужает общее поле зрения всего до 160–180°. И это не единственная проблема - сова не может посмотреть вбок, просто скосив глаза (так делают только совы в мультфильмах). Не может, поскольку ее глазные яблоки не шаровидной, а почти цилиндрической формы; к тому же они заполняют глазницы целиком, и там просто не осталось места для мышц, двигающих глаза. Но совы умеют справляться с этой проблемой, у них необычайно подвижная шея, и любая сова может мгновенно повернуть голову и посмотреть назад, а диапазон вращения головы вокруг оси у нее составляет 270°.


Глаз филина, одной из наиболее крупных сов

Хрусталик глаза расположен в глубине глазной трубки, чувствительная сетчатка способна использовать освещение всего в 0,000002 люкса (человеку понадобилось бы минимальное освещение в сотни раз сильнее). Фактически глаз совы представляет собой мощнейший светосильный объектив. Принято считать, что совы плохо видят днем. Это совсем не так. Но у них все же есть некоторые проблемы со зрением. Как и большинство ночных животных, совы нечувствительны к красному освещению, и вообще возможности цветового зрения у них снижены. К тому же они дальнозорки, и при ближних контактах с добычей первую скрипку начинает играть осязание. Вокруг клюва растут волосовидные и щетинковидные перья, выполняющие функцию чувствительных вибрисс (как усы у кошки). Поднося сопротивляющуюся добычу к клюву или, наоборот, наклоняя к ней голову, сова обычно прикрывает бесполезные на близком расстоянии глаза, чтобы не повредить их. Развитые верхние веки (крайняя редкость в мире птиц!), да еще снабженные густыми ресницами, не только защищают глаза от повреждений, но и придают сове дополнительное сходство с человеком.

Как слышно? Прием!

Если тщательно рассмотреть совиную голову, можно увидеть очень крупные продолговатые ушные отверстия. Они окружены кожным валиком и поэтому похожи на наружные уши млекопитающих. Эти «ушные раковины» бывают настолько велики, что иногда смыкаются наверху головы. Площадь барабанной перепонки куда больше, чем в среднем у птиц, слуховая косточка опирается на нее не в центре, а сбоку, и это усиливает давление звуковой волны почти в 40 раз (а не в 18, как у человека). Любопытно, что уши у совы неодинаковые: правое, как правило, больше левого и расположено выше. Это позволяет лучше определять движущийся источник звука.

Слуховые центры мозга сов развиты сильнее, чем у других птиц, в них больше нервных окончаний. Максимум чувствительности у сов смещен в высокочастотную область - 3–6 кГц (у человека 1–4 кГц). Это объясняется тем, что среди всего разнообразия звуков сове интереснее всего писк мелких млекопитающих, на которых она охотится. Остальные звуки можно и отсекать - пусть они и громкие, но для совы несущественные. Зато шорох мышиных лапок по опавшей листве - то что надо! В опытах исследователя Роджера Пейна в полной темноте совы-сипухи (Tyto alba ) находили направление на жертву с точностью до градуса. Сова слышит мышь-полевку даже под полуметровым снежным покровом.

Сипуха летит ночью над разрушенным аббатством

Но уши и слуховой центр в мозге - это еще не все. У совы есть собственная параболическая антенна, роль которой играет лицевой диск из перьев. Благодаря специальным мышцам (аналогам мимических мышц млекопитающих) сова может произвольно менять его кривизну, площадь, очертания, добиваясь наиболее точного приема звука. Со стороны кажется, что птица отчаянно гримасничает, а она просто внимательно слушает.

Есть у сов в механизме эффективного обнаружения добычи и четвертая важная деталь - это та самая необыкновенно подвижная шея: голова может вращаться как в горизонтальной, так и в вертикальной плоскости, совершать забавные кивки, наклоны и маятниковые движения. Порой сова ритмично покачивается из стороны в сторону, словно танцуя бразильский танец. А на самом деле… Да-да, это она просто внимательно слушает.

Тихий ужас

Посмотрели, послушали - и вот добыча обнаружена. Осталось ее поймать. Как незаметно подобраться к добыче в темноте? Не издавать лишних звуков в полете. А для этого совам пришлось обзавестись специальной структурой оперения. На наружных краях маховых перьев у совы есть специальные «глушители» - особый изгиб этих ворсистых опахал ликвидирует шорохи, возникающие от трения перьев друг о друга. Полет получается бесшумным, что важно не только для того, чтобы жертва ничего не услышала, но и чтобы шелест собственного оперения не заглушал сове звуки, издаваемые будущим ужином. Некоторым совам бесшумность не так важна (например, ловящим рыбу в реках), у них и полет более «звучный» (зато и более скоростной), и оперение жестче.


Три птенца кроличьего сыча, или пещерной совы

Вообще, все совы отличные летуны, хотя это мало кому приходит в голову при первом взгляде на них. Мягкое рыхлое оперение и округлый лицевой диск делают стройных и легких сов этакими мешковатыми увальнями с короткими ногами и огромной головой. Забавно, что именно вертикальная осанка позволяет совам прекрасно маскироваться в дневное время. Для этой же цели служат «украшающие» (а на самом деле маскирующие) пучки перьев - «ушки», развитые у некоторых видов сов. Никакого отношения к органам слуха эти «ушки», конечно, не имеют. Вытянувшись, подняв «ушки» и закрыв глаза (так не видно яркую радужку), птица моментально превращается в обломок сухого дерева. А камуфляж оперения, пожалуй, самый совершенный среди пернатых, за исключением козодоев. Большинство сов «носят» неяркие буроватые, серые, охристые тона с темными пестринами, светлым крапом, красивым струйчатым узором под цвет древесной коры, лишайников, лесной подстилки. А белое оперение полярной совы (Nyctea scandiaca ) прекрасно маскирует ее в тундре с еще не стаявшим или свежевыпавшим снегом.

Везде неплохо кормят

В рационе большинства сов преобладают мелкие млекопитающие и птицы из семейства воробьиных. Самые крупные совы - филины (род Bubo ). Длина их туловища составляет 65–75 см, размах крыльев - 180–190 см, масса - 4–4,2 кг. Эти гиганты способны охотиться на глухарей, гусей, зайцев и даже небольших антилоп. Не уступающие им размерами рыбные филины (род Ketupa ) специализируются в охоте на рыбу, лягушек, раков и крабов. А самая мелкая (меньше воробья) сова - мексиканский сычик-эльф (Micrathene whitneyi ) - охотится на бабочек, жуков и мелких ящериц.


Три птенца сипухи ждут возвращения родителей с едой

Совы прожорливы, в день могут съесть количество корма, составляющее 7– 19% их массы. Возможно, название одной из групп сов - неясыти (Strix ) - в русском языке происходит от слова «ненасытный». Однако крупные совы способны и голодать до трех недель, а вот для мелких сычей характерно настоящее запасание корма на «черный день». В дупле дятла, служащего зимним убежищем воробьиного сычика (Glaucidium passerinum ), однажды было найдено 86 мелких млекопитающих общим весом 1,4 килограмма.

Подавляющее большинство сов - лесные птицы, и лишь немногие освоили полностью открытые пространства: степи, пустыни, тундру. В прериях и пампасах Америки кроличий сыч (Athene cunicularia ) за неимением дупел селится в норах сусликов и других грызунов. Филин (Bubo bubo ) и домовый сыч в Тибете и Гималаях встречаются на высоте до 4500–5000 метров над уровнем моря. Некоторые виды охотно селятся по соседству с человеком, даже в центре городов, гнездятся в постройках, дуплистых деревьях старых парков. Сова - птица оседлая, и только некоторые виды относятся к перелетным (в основном насекомоядные по понятным причинам).


Ребенок и сова-подросток. Совы обычно хорошо уживаются с детьми и домашними животными

Совы населяют все материки, кроме Антарктиды, многие острова и архипелаги. Конечно, в тропиках их больше, в умеренные и высокие широты проникают немногие виды. В России гнездится 17 видов сов: от огромных филинов до маленьких сплюшек и воробьиного сычика. Даже в крупном городе, зайдя в большой парк и хорошенько приглядевшись, вы можете найти ушастую сову, если повезет. Но она вас услышит и увидит раньше, не сомневайтесь.

Фото: Easy Photostock, NPL (x3) / Legion-media, iStock, FLPA / Legion-media, iStoc

Сова – птица таинственная. Ей приписывают и необычайную зоркость, и почти полную слепоту. В загадки совиных органов чувств мы и заглянем в этой статье.

Среди массы своих сородичей она выделяется едва ли не более чем кто-либо другой.

Ее огромные глаза завораживают, а бесшумный полет воистину устрашает. С ней связано множество мифов и легенд.

Как совы «смотрят» ушами?

На нашей планете живет около 8 300 видов птиц. Основная их масса ведет дневной образ жизни. В этом нет ничего удивительного, поскольку при дневном свете летать не только безопаснее, но еще и легче. Кроме того, в дневное время отыскать пищу тоже намного проще.

Именно поэтому, зрение у птиц развито чрезвычайно хорошо (глаза и соответствующие им центры мозга). Именно отсюда и берут свое начало легенды о необычайной зоркости орлов и их быстрокрылых сородичей.

Следовательно, основная масса птиц просыпается с восходом солнца и отправляется на покой с его заходом, в чем легко убедится, если послушать утренний лес и ночной. Однако есть среди пернатых и такие оригиналы, которые, напротив – спят в дневное время, предпочитая выполнять все наиболее важные функции ночью. В темноте они не только летают, но и строят гнезда, выводят птенцов, охотятся, предаются брачным играм, одним словом, делают все то, что другие делают при свете. И, надо сказать, делают это ничуть не хуже. Наибольший интерес среди таких пернатых полуночников представляют совы, чей образ с огромными, словно прожектора глазами, известен любому, кто имеет о мире птиц хоть какое-то представление.

Сова — типичный ночной хищник.

Сова на охоте

Длиннохвостая неясыть подкарауливает свою добычу с удивительным терпением, нередко в течение многих часов. В течение этого времени она сидит где-нибудь невысоко от земли, застыв словно столб. Глаза птицы сужены и может показаться, что она дремлет, однако она все видит. Малейший шорох, и неясыть без каких-либо резких движений, легко поворачивает свою голову в направлении источника звука. И хотя ее глаза по-прежнему прикрыты, но зато уши до предела напряжены. Именно они позволяют ночному хищнику определить местонахождение потенциальной жертвы.

Когда слух определит место, откуда доносится соблазнительный шумок, неясыть широко раскрывает свои огромные темные глаза. В этот миг, ее жертву можно считать уже обреченной. Спустя непродолжительное время, неясыть уже летит к своему гнезду с добычей в лапах, издавая глухое утробное «угу-угу». Эта птица и в самом деле является очень эффективным охотником. Всего за один сезон, неясыть вылавливает около тысячи полевок, которые истребляют посевы и вредят складам с зерном.


Что такое глаза совы?

Ввиду того, что совы обладают действительно огромными глазами, ранее бытовало мнение, что они могут видеть даже в кромешной тьме. Отчасти это действительно так, но только отчасти.

В ночном полумраке совы и вправду видят намного лучше людей и основной массы дневных хищных птиц.

Как показали опыты, у совиного зрения, как и у кошачьего, тоже есть свои пределы, и в полной темноте она совершено ничего увидеть не способна.

Долгое время бытовала и такая гипотеза, согласно которой, глаза совы являются своего рода прибором, способным воспринимать тепловые лучи. Якобы благодаря этому «тепловизору», сова и видит теплое мышиное тело, которое выделяется на общем холодном фоне земли. Однако после того как были проведены специальные опыты, эта теория разлетелась в пух и прах. Более того, те же самые опыты показали, что совы не только не способны видеть теплое, инфракрасное излучение, но даже не способны воспринимать красный цвет.


К примеру, когда пойманную сову садили в темную комнату, то она не только не видела помещенную там мышь, но даже не могла «засечь» ее, когда ту освещали красным светом. Однако стоило мыши пошевелится или пискнуть, как сова сразу же бросалась на нее.

Насколько важен слух для совы

Продолжительные научные эксперименты установили, что находясь в абсолютной темноте, какая бывает в долгие осенние ночи, сова выслеживает свою добычу, полагаясь только на слух. При этом точность, с которой она определяет место, в котором находится ее жертва, просто невероятна.

Доктором биологических наук В.Д.Ильичевым, и его коллегами, были проведены лабораторные опыты с совами. К комнате, где на возвышении сидела сова, пол был посыпан опилками. Под опилками размещались маленькие излучатели звука (динамики). И как только тот или иной излучатель издавал мышиный писк, сова сразу же бросалась на это место, вцепляясь своими когтями в динамик, словно это была мышь или другая добыча.


Находясь в лесу, среди деревьев, совы пользуются так называемым присадным способом охоты, когда она сидит на ветке, и насколько позволяет ее зрение, высматривает своих жертв. Хотя правильнее было бы сказать, что она свою добычу не высматривает, а «выслушивает».

Однако когда сова находится на открытом пространстве, например в поле, где есть мыши, или на лесной опушке, то она не сидит на одном месте, а круг за кругом облетает свои владения. Во время такого полета она тщательно прислушивается ко всем звукам и как только услышит мышиный писк, то быстро взмахивая крыльями, зависает над источником писка, уточняя его местонахождение. После этого следует окончательный и точный бросок, который практически всегда заканчивается для грызуна плачевно.


Как устроены органы слуха у совы

Надо сказать, что острота слуха у многих ночных охотников в целом, и у сов в частности, просто невероятна.

Чем же объясняется столь невероятный слух? Большой вклад в разгадку этого феномена внесла деятельность лаборатории упоминавшегося выше профессора В.Д.Ильичева. В этой лаборатории было установлено, что как строение слухового аппарата сов, так и его работа, обладают целым рядом особенностей.

В первую очередь стоит отметить, что ушное отверстие сов окружает особое оперение, которое образует своеобразный, звукоулавливающий рупор. Благодаря ему, воспринимаемые совой звуки значительно усиливаются. Площадь барабанной перепонки у совы тоже заслуживает внимания, и составляет около 50 кв.мм. Для сравнения, площадь таковой у курицы всего 25 кв.мм. Помимо этого, барабанная перепонка совы образует так называемый «шатер». Это специфическая выпуклость, благодаря которой площадь перепонки возрастает еще на 15%. При этом, система передачи звука в среднем ухе у сов значительно сложнее, чем у других птиц. Также у них более длинная улитка, которая включает огромное количество нервных элементов, которые воспринимают звуки.


В завершение всему, слуховые нервные центры совы, отличаются очень сильным развитием. К примеру, в магноцеллюлярном ядре, которое является одним из наиболее важных нервных центров, у сов насчитывается от шестнадцати до двадцати двух тысяч нейронов, в зависимости от того, к какому виду относится сова. Для сравнения, у голубя таких нейронов всего-то примерно три тысячи.

Стоит отметить, что слуховое восприятие совы имеет четкую пространственную направленность, благодаря чему, сова может с удивительной точностью определять местонахождение источника звука. Такая специфика связана не только с необычайно сложным строением ушей, но и с тем, что между ушами и слуховыми нервными центрами взаимодействие при восприятии звука имеет совершено особый характер.

Здесь уже задействуются глобальные законы, которые являются общими не для одних только птиц, но и вообще для всех животных, включая людей.


Интересно, что когда звук направлен под углом к линии взгляда совы, то к тому уху, которое расположено ближе к источнику звуковых волн, они (волны), приходят несколько раньше, чем к другому уху. Помимо этого, ко второму, дальнему уху, звук приходит уже менее сильным, чем к ближнему. Вот именно эти, в общем-то, ничтожные различия и являются основой того физиологического механизма, который позволяет животным определять направление источника звука (так называемый бинауральный эффект).

Если же говорить конкретно о совах, то за счет особого строения нервных центров отвечающих за слух, и собственно ушей, вышеописанный механизм работает тоньше и точнее, чем у прочих видов пернатых.

Кроме того, сова не просто хорошо слышит, но еще и умеет выбирать наиболее интересные для нее звуки. Лучше всего она слышит звуки, частота которых составляет от 3–х до 7-ми тысяч колебаний в секунду.


Исследования показали, что именно в этом частотном диапазоне лежат мышиные писки, а также шорохи, которые издают копошащиеся в траве грызуны. Голоса птенцов и летков совы тоже находятся в этом диапазоне частот. Следовательно, слух совы является неким подобием акустического фильтра, который настроен на восприятие именно тех звуков, которые представляют для совы наибольшую ценность.

Значимые для выживания звуки, оказываются для совы «доминирующими» по сравнению с маловажными, к примеру, с шумом леса или ветра.

Хотя в целом, стоит отметить, что повышенная чувствительность к звукам с высокой биологической ценностью, присуща не одним только совам, но и многим другим живым существам. У одних животных она развита сильнее, у других слабее. И изучение этого свойства имеет большую научную ценность.

В заключение стоит отметить, что изучение развитых слуховых аппаратов животных в целом, и сов в частности, обладает не только большим научным, но и практическим значением. Понимание принципов, в соответствии с которыми устроены эти системы, в конечном счете, окажет влияние на совершенствование уже существующей электроакустической техники, например наушников, микрофонов, систем обнаружения и прочих приборов.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .

Большинство птиц, живущих на нашей планете (а их насчитывается около 8300 видов), ведут дневной образ жизни. Это и понятно, ведь летать безопаснее и легче при дневном свете. Да и пищу днем найти проще. Поэтому у птиц хорошо развито зрение - глаза и соответствующие зрительные центры мозга. Недаром о зоркости орла сложены легенды и поговорки.

Таким образом, многие пернатые просыпаются с восходом солнца, а засыпают с заходом. Но есть среди птиц и такие, которые ведут себя как раз наоборот: днем спят, а ночью летает, охотятся, выводят птенцов, одним словом, свободно чувствуют себя в ночной темноте. Особый интерес среди этих ночных охотников представляют совы, которые всем хорошо известны главным образом благодаря огромным, как фары, глазам.

"Терпеливо, часами подкарауливает длиннохвостая неясыть свою добычу. В это врем она сидит "столбиком" где-нибудь невысоко над землей. Глаза сужены, но сова видит все. Чуть шорох... и медленно, без резких движений, как на шарнире, поворачивается большая голова птицы в сторону источника звука. Глаза ее еще полузакрыты, но "уши" уже насторожились. Они ориентируют ночного хищника. Вот они точно засекли место, откуда доносится шорок. В следующий миг широко раскрываются огромные темные глаза. Жертва обречена! И вот уже с глухим утробным "угу-угу" неясыть скользит к гнезду с добычей в лапах". В этой схеме охоты совы исследователь Ю. Пукимский подметил важную роль как зрения, так и слуха для ночного охотника. Подсчитано, что за летний сезон одна серая неясыть вылавливает до тысячи полевок - истребителей зерна и посевов.

Поскольку у сов очень большие глаза, то раньше думали, что они способны видеть в полной темноте, и поэтому считали, что ночью сова охотится лишь при помощи зрения. Сова действительно видит в ночном полумраке значительно лучше, чем мы, люди, или дневные хищные птицы. Однако опыты показали, что есть, оказывается, предел остроты зрения и у совы - в абсолютной темноте она, так же как и мы, ничего не видит.

Одно время существовала такая гипотеза. Глаз совы - это особый прибор, воспринимающий тепловые лучи. Благодаря ему она якобы и "видит" выделяющееся на фоне холодной земли теплое тельце мыши, своей добычи. Это предположение после специальных опытов также не подтвердилось. Более того, оказалось, что сова не только не видит теплого, то есть инфракрасного, излучения, но не воспринимает даже красного света.

Так, например, пойманная и посаженная в темную комнату сова не видит мышь не только в темноте, но и при освещении мыши красным светом. Но стоит мыши пискнуть или пошевелиться, как она тут же на нее бросается.

В результате экспериментов ученые установили, что в абсолютной темноте, какая обычно бывает долгими осенними ночами, сова охотится, руководствуясь только слухом. Причем точность, с которой она определяет местонахождение добычи, поразительна.

Доктор биологических наук В. Д. Ильичев и его сотрудники провели в лаборатории опыты с совами. Пол в комнате, где сидела на возвышении сова, был посыпан опилками, под которыми находились маленькие динамики (излучатели звука). Стоило какому-нибудь динамику издать мышиный писк, как сова мгновенно пикировала на это место и вцеплялась в динамик когтями - точно так же, как она делала это при ловле мышей в природной обстановке.

В лесу, среди деревьев, сова использует так называемый присадный способ охоты, то есть предпочитает сидеть на ветке и, насколько позволяет зрение, высматривает добычу, вернее сказать, "выслушивает" ее. Но на открытых пространствах - на опушке леса и в поле, где водятся мыши, сова кругами облетает свои охотничьи угодья. Во врем своего бесшумного полета она внимательно прислушивается к мышиному писку и временами вдруг, быстро трепеща крыльями, зависает над обнаруженным грызуном - уточняет его местонахождение перед окончательным броском. Надо сказать, промахивается сова редко.

Острота слуха у сов и многих других ночных охотников поразительна. Чем же можно объяснить такие выдающиеся способности сов! Большой вклад в разгадку совиных достижений внесла лаборатория профессора В. Д. Ильичева.

Там установили, что строение и работа слухового аппарата сов имеют целый ряд особенностей. Прежде всего оказалось, что ушное отверстие у совы окружено особым оперением, которое образует звукоулавливающий рупор. Он, естественно, значительно усиливает воспринимаемые звуки. Площадь барабанной перепонки у ушастой совы около 50 квадратных миллиметров, в то время как у курицы в два раза меньше. Кроме того, у сов барабанная перепонка образует выпуклость, так называемый шатер, за счет него ее площадь увеличивается еще на 15 процентов. У сов значительно более сложная, чем у других птиц, система передачи звука в среднем ухе, более длинная улитка, включающая множество нервных элементов, воспринимающих звуки, и, наконец, сильно развитые слуховые нервные центры. Например, в одном из основных нервных центров - так называемом магноцеллюлярном ядре - у различных видов сов насчитывается от 16 до 22 тысяч нейронов, в то время как у голубя их всего около трех тысяч.

Четкая пространственная направленность слухового восприятия совы, которая помогает ей с необычайной точностью определять направление звука, связана не только со сложностью строения ушей, но и с особым характером взаимодействия ушей и их нервных центров при восприятии звука. Здесь действуют законы, общие не только для птиц, но и для всех животных вообще.

Если звук падает под углом к линии взгляда животного, то к одному уху, которое расположено ближе к источнику звука, звуковая волна приходит на какое-то мгновение раньше, чем к другому. Кроме того, к дальнему уху звук приходит, несколько ослабленный по интенсивности. Эти ничтожные различия и лежат в основе физиологического механизма, обеспечивающего животным определение направления источника звука (так называемый бинауральный эффект). Благодаря особому строению ушей и нервных центров этот механизм работает у сов наиболее тонко по сравнению с другими видами птиц.

Сова не только хорошо улавливает звуки, но и выбирает из них самые для нее нужные. Наилучшим образом она слышит звуки с частотой 3 - 7 тысяч колебаний в секунду. Оказалось, что именно в этом диапазоне частот как раз и лежат писки мышей, шорохи других грызунов в траве, голоса птенцов и слетков совы. Таким образом, слух совы представляет собой некий акустический фильтр, настроенный на восприятие наиболее важных для нее звуков. Биологически важные звуки оказываются как бы "вне конкуренции" по сравнению с другими, менее важными, например шумом леса.

Повышенная чувствительность к биологически важным звукам присуща многим живым существам. Она бывает сильнее или слабее. Изучение ее имеет большое практическое значение.

Исследование совершенных слуховых аппаратов животных, и в частности сов, имеет не только научное, но и практическое значение: принципы устройства этик систем будут положены в основу совершенствования существующей электроакустической техники - микрофонов, систем обнаружения, регистрации, анализа звука и других приборов.

КТО ВИДИТ УШАМИ

До чего же хорошо за городом в начале лета! Давно ли заснеженный лес был пустым и молчаливым, только морозный ветер свистел в голых ветках. Сейчас он зелен, праздничен, полон звуков. Из каждого дерева и куста несётся птичье пение. В цветах жужжат пчёлы, среди травы звенят кузнечики, а где-нибудь в укромном овражке весело тявкают лисята, впервые вылезшие наружу из тёмной норы.

А ведь это не совсем так. Каждая песенка, которая поётся в лесу, имеет свой смысл. Чириканье, пересвист, жужжание и квакание - это язык животных. С его помощью они что-то сообщают, «говорят» друг другу. И очень внимательно слушают, что «говорят» другие, что происходит вокруг.

Без ушей в лесу не прожить. Уши помогают найти друзей, спастись от врагов, поймать добычу. Они нужны и собаке, и лягушке, и кузнечику. Но кузнечик, лягушка и собака живут по-разному, и уши у них разные, и прислушиваются они к разным звукам.

О том, как объясняются друг с другом животные, и о том, какие у кого уши, и пойдёт сейчас у нас разговор.

Где уши у кузнечика?

Если лечь в траву и посмотреть на неё вблизи - она кажется густым лесом, по которому бродят диковинные шестиногие существа - насекомые.

Скользит среди травяных стволов кто-то одетый в блестящий фиолетовый панцирь - это охотится жужелица. То вытягиваясь, то складываясь, «шагает» по травинке тоненькая зелёная гусеница. А где-то совсем рядом звонко и протяжно стрекочет кузнечик. Весь зелёный, он не виден в зелёной траве - зато по песенке его найти нетрудно. Чем же он так звонко стрекочет?

Возьми расчёску, проведи ногтем по её зубчикам, она и затрещит. У кузнечика на левом крыле полоска с зубчиками, как гребешок, а на правом другая полоска, с острым краем. Кузнечик ведёт этим острым краешком по гребешку, как ногтем, - и звучит над травой серебристый, однообразный стрекот. Это значит: «Я здесь, я здесь, я здесь!» И другие кузнечики отвечают: «И я здесь, и я здесь!»

Но где у кузнечика уши? Вот его голова на рисунке - попробуй их отыскать. Хоть час ищи - не найдёшь, потому что их там нет. Кузнечики слышат ногами, их уши - это узкие щёлочки на передних ногах. Когда кузнечик прислушивается, он не голову к звуку поворачивает, а ноги.

Песня крыльев

Все знают, как поют комары. Только войдёшь утром в лес, обязательно раздастся над ухом тоненький, пронзительный то ли писк, то ли звон. Это летит комар, выставив ноги вперёд, как будто хочет тебя поймать. Летит и зудит: «Пиииии». Сел - сразу смолк. Почему? Да потому, что комары «поют» крыльями. Их крохотные крылышки во время полёта бьют по воздуху так быстро, что воздух начинает дрожать и возникает тоненький, пронзительный звук. А в местах, где комаров много, звон множества крыльев сливается в высокое, протяжное гудение.

Мы комариное пение слышим, а вот слышат ли комары друг друга? Слышат, но об этом люди узнали совершенно случайно.

Один учёный работал с электрическим трансформатором - прибором, который во время работы гудит. И вдруг он заметил, что стоит включить трансформатор, как вокруг него собираются комары. В чём дело? Оказывается, прибор гудел точь-в-точь так, как туча комаров, - вот они и слетались на знакомый звук. Значит, комары могут слышать, и гудение крыльев - для них призывный сигнал.

Комары пищат тоненько - а как «поют» мухи? Они жужжат - потому что крылья у них побольше, чем комариные, и взмахивают они ими реже. Жужжат крыльями осы, пчёлы, шмели - и все по-разному. Шмель жужжит почти басом: «Жуууу, жуууу!» А похожая на осу муха-журчалка, которая висит в воздухе, как вертолёт, жужжит звонко: «Дззз, дззз!» И так же, как комары, эти насекомые по звуку крыльев отличают своих от чужих.

Но где же у них уши? Учёные долго не могли их найти и, наконец, узнали удивительную вещь. У комаров, мух, пчёл усики устроены так, что могут чувствовать звуки. Значит, эти насекомые слушают свои песни не ушами, а усами!

Концерт в пруду

К середине весны, когда цветут одуванчики и черёмуха, в прудах и болотах начинают твориться удивительные вещи. Днём в таком пруду ничего интересного не заметишь - только тина да водоросли. Зато вечером это не просто пруд, а концертный зал. Подходи, присаживайся, слушай.

Сначала с одной стороны кто-то громко спрашивает: «Куа, куа, куа?» А с другой хором отвечают: «Брекеке, брекекеке, брекекеке!» А потом пруд как будто взрывается, с такой силой гремит лягушачий хор, и каждая квакуша старается петь погромче да покрасивее.

Если внимательно приглядеться к воде - можно увидеть и самих певцов. Они лежат на поверхности, раскинув лапки, и в углах рта у них раздуваются большущие белые пузыри, которые усиливают звук. Вот почему лягушачий концерт слышен издалека, за сотни метров.

Для кого же лягушки поют? Да для других лягушек. Если услышит какая-нибудь зелёная путешественница, что в одном месте квакает много лягушек, - она знает, что до этого места стоит и ей допрыгать. Ведь лягушки собираются вместе и поют только там, где солнце прогрело воду. В тёплой воде они откладывают свою икру, здесь будет уютно лягушачьим личинкам - головастикам. Вот и кричат лягушки на всю округу: «Собирайтесь сюда, здесь хорошо! Ква-ква-ква! Брекекеке!»

Но стоит рядом кашлянуть или заговорить - сразу наступит тишина. Незнакомый шум может означать, что рядом враг, вот лягушки и затаиваются. А слышат они очень хорошо. Где же у них уши?

Лягушки, так же как рыбы, птицы и звери, - позвоночные животные, а у всех позвоночных уши находятся на голове. У лягушек это круглые отверстия, затянутые тонкой кожицей - барабанной перепонкой. От звука перепонка дрожит, и эту дрожь чувствуют специальные слуховые нервы лягушки.

Не тронь меня!

Если лягушки устраивают концерты друг для друга, то змеи «говорят» только с врагами. Как «говорят»? Да по-разному. Чаще всего шипят. Предупреждают - не трогай меня, иначе тебе хуже будет.

В Средней Азии мне не раз доводилось встречать змей. Идёшь по горной тропинке - и вдруг остановишься как вкопанный, потому что прямо перед тобой дремлет, пригревшись на солнышке, огромная, толстая и очень ядовитая змея - гюрза. Проснётся от шагов, поглядит на тебя, пошипит для острастки и неторопливо скользнёт в сторону.

В пустыне другая змея живёт - эфа. У неё на голове сверху будто летящая птица нарисована. Шипит эфа - как вода на раскалённую сковородку льётся. Не ртом шипит, а чешуйками: шевелит боками и трёт чешуйки друг о друга, вот и получается такой звук.

А в Южной Америке обитают гремучие змеи. На хвосте у них роговые щитки-погремушки. Если к змее подойти, она поднимает конец хвоста и трясёт им, тарахтит погремушкой. Каждому ясно, что это значит: «Ближе не подходи, а то укушу!»

Змеи очень чутки и почти всегда замечают подходящего к ним человека. Казалось бы, что в этом особенного? А удивительно то, что у змей нет ушей, они глухие. Зато они всем своим телом чувствуют сотрясение земли под ногами идущего человека - поэтому и кажется, что они его слышат.

И вот что интересно. Змеи и ящерицы друг другу родня, но змеи глухие, а у ящериц есть уши, и слышат они очень неплохо. Уши ящериц похожи на лягушачьи, с такими же барабанными перепонками.

Рыбьи разговоры

Как-то, во время войны, плыла в океане подводная лодка. Надев наушники, молоденький матрос слушал морские шумы, следил: не зазвенят ли вдалеке винты вражеского корабля? И вдруг он услыхал треск, похожий на стук мотора. Противник! Только где он плывёт? Звук несётся и справа, и слева, и спереди, и сзади, и даже снизу. Ничего не понимает матрос. Подошёл к нему другой - бывалый, опытный. Послушал - и как захохочет!

Никакой это не враг, - говорит. - Просто мы в рыбий косяк попали, это рыбы друг с другом разговаривают!

Как же так, разве могут рыбы говорить? Почему же они молчат в аквариуме?

Дело в том, что из воды в воздух звук проходит очень плохо - вот люди и не слышали, что творится в воде. А когда научились делать подводные микрофоны и подслушивать рыб, то оказалось, что под водой такой галдёж стоит - хоть уши затыкай. Звуки, которые издают разные рыбы, бывают похожи на барабанный бой и на карканье, на хрюканье и на гудок парохода. Селёдки чирикают, как птицы, а морские петухи ворчат. И все эти звуки что-то означают.

Есть в Чёрном море рыбы-зеленушки. Когда они едят свою пищу - ракушек-мидий, то всё время пощёлкивают. Учёные записали эти звуки на магнитофон, а потом опустили в воду специальный подводный громкоговоритель и стали эту запись проигрывать. Через четверть часа собралось штук двести зеленушек. Они кружили вокруг, тыкались в громкоговоритель и, наверное, были очень удивлены и сердиты.

Ещё бы! Ведь им на рыбьем языке сказали: «Здесь есть еда». А еды-то нету…

О том, что у рыб хороший слух, рыбаки давно знают. Ведь когда удишь рыбу, нельзя разговаривать, даже кашлянуть боязно - а вдруг услышит, испугается и уйдёт.

Но чем же рыбы слушают, ведь ушей у них нет?!

Что верно, то верно. Таких ушей, как у лягушек или людей, у рыб нет. Но в голове у них есть внутреннее ухо, оно тоненькими косточками соединено с плавательным пузырём. Через воду и тело рыбы звук доходит до этого пузыря. Он дрожит совсем как барабанная перепонка, а косточки передают эту дрожь во внутреннее ухо. Так рыба и слышит - плавательным пузырём.

Для кого поёт соловей?

Самое шумное время в лесу - это, конечно, весна. Всюду гремит многоголосый птичий хор. Зяблики пинькают, иволги насвистывают, певчий дрозд почти как флейта поёт, - а если тебе повезёт, то услышишь и соловья.

Сидит он в листве - серенький, неприметный - и то щёлкает, то рокочет, то трелью рассыпается, да так звонко и красиво, как ни одна другая птица не умеет.

И если могут переговариваться между собой кузнечики, лягушки и рыбы - то в сложных, богатых звуками и мелодиями птичьих песнях и подавно есть смысл. Песней птицы подзывают друг друга, отгоняют соперников, предупреждают об опасности. Они даже ругаться могут - послушай, как ссорятся воробьи, отнимая друг у друга хлебную корку. А самые красивые песни птицы поют для своих невест и жён. Если пересказать соловьиную песню человеческими словами, то получится примерно так:

Я пою лучше всех Соловьёв, а моя жена - самая красивая соловьиха во всём лесу. Под этим кустом мы совьём гнездо, и, если какой-нибудь чужак попробует тут поселиться, я его прогоню - потому что я храбрый и сильный.

В конце мая соловьи начинают высиживать яйца. Теперь песня могла бы подманить к гнезду врагов, и соловьи молчат. Если пройти около гнезда, услышишь только короткий, тревожный свист: «Рядом враг!» Когда вылупятся птенцы, соловью тоже не до песен - ведь надо детей кормить. А у птенцов один разговор: «Дай есть!» Подлетит отец или мать с гусеницей, малыши рты раскроют, шеи вытянут и кричат. Кто громче кричит, тот больше и получит.

Но что там птенцы! У чаек, журавлей и некоторых других птиц даже яйца умеют разговаривать с матерью. Когда до вылупления птенца останется день или два, стоит птице сойти с гнезда, как птенец в яйце начинает пищать. Мать понимает: «Мне холодно! Мне страшно!» Снова сядет она на гнездо - яйцо и умолкает.

У каждой птицы свой язык, свои песни. Обычно пение иволги или зяблика понятно только другим иволгам или зябликам. Но бывает и иначе.

Сидел я как-то на пеньке, слушал лесной концерт. Вдруг сорока как застрекочет - и сразу все птицы стали кричать впятеро громче. Дрозды уже не поют, а трещат, зяблики верещат, а иволга - как кошка мяукает, и все вьются клубком вокруг одного места. Гляжу - а там сова. Шипит, клювом щёлкает, перья топорщит, а птицы на неё так и бросаются. Всё больше их, со всех сторон летят и на всех птичьих языках кричат: «Гони её, разбойницу!» Не выдержала сова, улетела в чащу.

Значит, при сигнале опасности птицы друг друга понимают, особенно если первой подаст его сорока или ворона. Они в лесу главные караульщики, к ним все прислушиваются.

О чём кричат обезьяны?

В одном африканском заповеднике учёные изучали жизнь мартышек. Эти обезьяны живут на деревьях, кормятся на земле и больше всего боятся орлов, леопардов и огромных змей - питонов.

Увидели однажды мартышки питона, испугались и закричали. Учёные записали их вопли на магнитофон. Записали они и крики мартышек при виде орла и леопарда. А потом решили дать мартышкам послушать эти записи.

Включили первую плёнку - переполошились обезьяны. Попрыгали на деревья и сверху вниз смотрят - где же питон ползёт?

Включили вторую запись. Теперь обезьяны забились в густой кустарник, где орлу их не достать, и посматривают вверх, отыскивают крылатого врага.

Потом третью плёнку запустили, и мартышки полезли на верхние ветки деревьев, где леопард их не поймает. Ведь он охотится на земле, из засады, - а спасаться от него нужно повыше.

Так люди узнали несколько слов языка мартышек, и эти слова значили: «Берегись питона!», «Берегись орла!», «Берегись леопарда!»

А у обезьян макак учёные подслушали целых тридцать шесть звуковых сигналов - «слов» обезьяньего языка.

У всех зверей есть звуки, которыми они выражают испуг, голод, ласку. Ежи, например, при опасности фыркают, когда довольны - пыхтят, а во время драки кричат. Небогатый у них язык. А вот в языке волков десятки звуковых сигналов. Они умеют не только выть, но и лаять, визжать, скулить, хныкать, рычать, шипеть, фыркать, тявкать - и всё на разные голоса и с разным смыслом. Охотники рассказывают, что своим воем волки могут сообщать друг другу - где бродят другие волчьи стаи, где можно встретить добычу, а где - людей.

И у собак есть свой язык. Каждый человек, который держит дома собаку, знает главные слова этого языка. Если пёс скулит, это значит: «Я боюсь!» или «Мне больно!» Когда он весело лает - он говорит: «Я рад!» или «Поиграй со мной!» А уж сердитый лай и рычание собаки все хорошо понимают.

Язык зверей не похож на наш, разобраться в нём нелегко. И только человек, очень хорошо знающий природу и животных, может понять, о чём воют волки или кричат обезьяны.

Ушки на макушке

Теперь мы знаем, что звери очень неплохо могут объясняться друг с другом. Ну, а как они слышат?

Был у меня в детстве пёс, звали его Тузик. Серый, на овчарку похожий, и уши торчком. Лежит, бывало, на коврике у дверей и дремлет, а уши как будто сами по себе на каждый шум настораживаются. Проехала по улице машина - шевельнулись уши. Залаяла вдали собака - опять шевельнулись. И вдруг как вскочит Тузик - и к дверям. Визжит, лает, открыть их требует. Открываю, смотрю - а по лестнице поднимается моя бабушка.

Кажется, невозможно было расслышать её шаги сквозь тяжёлые, обитые ватой и клеёнкой двери, - а всё же Тузик услыхал. Ведь у собак не только прекрасное чутьё - они и слышат очень хорошо, гораздо лучше, чем мы.

Впрочем, и у людей не такие уж плохие уши, а устроены собачьи и человеческие уши очень похоже. Например, и у собаки, и у человека есть ушные раковины. Те самые, которые мы обычно и называем ушами. Они собирают звуки, усиливают их и направляют внутрь головы, в узкий ушной канал, где спрятаны барабанные перепонки. Ушные раковины есть только у млекопитающих животных - тех, которые кормят своих детёнышей молоком. А у насекомых, лягушек, ящериц их нет. Нет ушных раковин и у птиц, хотя слух у них, особенно у сов, очень хороший.

Но если ушные раковины собирают и усиливают звуки, то, наверное, лучше слышат те звери, у которых уши большие? Конечно. Особенно большие уши бывают у ночных животных. Взять хотя бы лисичку фенека, у которого уши больше всей головы. Днём он отсыпается у себя в норе, а ночью выходит на промысел. Услышит в темноте шорох ящерицы на песке - бросится и поймает. Услышит, как тушканчик лапками топочет, и - прыг! А тушканчик - в сторону, и поминай, как звали. Ведь и у него уши большие и чуткие - чтобы услышать врага вовремя.

Кто видит ушами?

Давай посидим летним вечером на опушке. Небо темнеет, смолкают птицы, проглядывают звёзды - и в воздухе появляются крылатые тени. Они беззвучно летают, кружатся, как будто танцуют. Если осветить такую тень фонариком, увидишь кожистые крылья, маленькую мордочку и огромные уши. Это летучая мышь.

Летучие мыши - очень занятные зверьки. Ночью они охотятся - ловят насекомых, а днём спят в пещерах или дуплах. Спят они вниз головой и вверх ногами, зацепившись коготком за какой-нибудь выступ. Но не это самое удивительное, а то, что летучие мыши умудряются видеть ушами. Глаза у них очень маленькие. Видят летучие мыши плохо как днём, так и ночью.

Очень долго учёные не могли понять, как могут эти животные летать и не разбиваться в кромешной темноте - в каменных лабиринтах пещер или в ночных лесах. Однажды поставили опыт: в большой комнате натянули множество проволок, а потом выпустил в неё летучих мышей. Вроде бы в этой путанице и двинуться нельзя - а мыши летали как обычно, ловко обходя препятствия. Но когда им залепили уши воском, то бедняги стали вести себя, как слепые, - сразу натыкались на проволоку и падали. В чём дело, при чём тут уши?

Разобраться в этой тайне удалось, когда учёные-физики изобрели прибор, который мог слушать ультразвуки. Это такие звуки, которые человеческое ухо не улавливает. Прибор включили в тёмной комнате, в которую выпустили летучих мышей. И тут оказалось, что в полёте они не молчат, а постоянно попискивают или щёлкают - и слушают эхо от этих звуков. Эхо отражается от стен, проволок, всяких других предметов. Если эхо далекое - значит, до препятствия ещё далеко. А близкое эхо означает: опасность, надо сейчас же сворачивать!

Слушая эхо от своего писка, летучие мыши замечают даже самые лёгкие предметы. Тут-то учёные поняли, почему в полной темноте они так ловко ловят насекомых - комаров, жуков, бабочек. Они замечают добычу по эху!

Один учёный держал летучую мышь у себя дома и приучил её ловить подброшенных в воздух червячков. Иногда он пробовал обмануть её и вместо червяка подбрасывал камешек. В первый раз мышь его схватила - и, конечно, выплюнула. Во второй раз её обмануть не удалось, она хватала только червяков, а на камешек не обращала внимания. Ведь эхо от него не такое, как от червяка.

Да что там камешек! Есть летучие мыши, которые ловят рыбу. Они летают низко над озером или рекой и как будто ощупывают их поверхность своим ультразвуком. Только пойдёт по воде рябь от стайки рыбок - летучая мышь тут как тут. Хвать - и добыча на когте, как на крючке.

Всё то, что люди узнали о слухе и языке животных, они стараются использовать. Вот как это бывает.

Однажды в Средней Азии на виноградники прилетела огромная стая розовых скворцов. Эти птицы очень полезны, когда поедают саранчу. Но осенью они больше всего любят виноград. Скворцов было несметное множество, они могли съесть весь урожай до последней ягодки.

Сторожа пугали птиц, стреляли в воздух - а скворцы перелетали в другое место и продолжали пировать. Что делать?

Я придумал! - сказал агроном и попросил мальчишек поймать несколько скворцов. Он посадил их в клетку, поставил рядом магнитофон и принёс из соседней комнаты - кого, как ты думаешь? Кошку!

Что тут началось! Кошка вокруг клетки ходит, облизывается, мяукает - а скворцы в ужасе кричат пронзительными голосами. И магнитофон всё это записывает.

Всю ночь колхозники протягивали через виноградники провода, расставляли громкоговорители. А утром, как только птицы собрались позавтракать, со всех сторон загремели крики испуганных скворцов. И вся огромная стая - сотни тысяч птиц! - в миг поднялась и улетела. Ещё бы! Взлетишь, если тебе кричат: «Спасайся! Здесь кошка! Сейчас она нас съест!»

Такие звуковые пугала ставят не только в садах, но и вокруг аэродромов, чтобы самолёты не сталкивались с птицами. Их применяют даже в море - там они отпугивают дельфинов и китов от мест, где собираются лососи и другие ценные рыбы.

Много интересных и полезных открытий удалось сделать учёным, которые изучают язык и слух животных. Но эта наука очень молода, и ещё много секретов и тайн природы остаются неразгаданными. Может быть и ты, когда вырастешь - будешь исследовать и разгадывать их. А пока, гуляя по лесу, внимательно прислушивайся к лесным звукам, запоминай язык птиц, зверей и насекомых.